Блоги

Не изъятый армейский дневник

Придя в расположение роты, я обнаружил, что пропал личный дневник из прикроватной тумбочки. На теле сразу же выступил холодный пот. Если дневника тут нет, значит, его кто-то взял и, скорее всего, прочитал. Это как в голову залезть! Крик дневального заставил мои колени дрожать.
- Рядовой Простокишин, на выход!
Меня вызвал к себе командир роты.
-****** больше не занимайся и не пиши. Понял?
-Так точно.
Он сидел и вырывал листы из моего дневника. День за днём, мысль за мыслью превращались в труху. Физически мне ничего не сделали за ведение дневника, просто дали понять, что в армии такими вещами заниматься не стоит.
Мысль Воланда про то, что «рукописи не горят», отложилась в мозгу. У меня где-то в голове всё еще существует тот самый дневник. Его страницы перепутаны и истрёпаны, часть текста затёрлась, но есть фрагменты, которые никогда не забудутся, они со мной до конца жизни. А вот то, с чего всё началось…
Я нуждался в армии. Пора было бежать от того, кем я становился на гражданке. Полное отсутствие желания учиться и постоянные прогулы привели меня в плохую компанию. Я жил без цели, прогуливал учебу и пил пиво в подъездах. Это похоже на падение в пропасть. Нужно было ухватиться за что-то, чтобы предотвратить столкновение со стремительно приближающимся дном. И лучшим вариантом спасения оказалась армия. Мне повезло. Получилось так, что я попал в Президентский полк.
- Служи достойно. – всё, что сказал отец на прощание, пока пожимал мне руку.


Странная мысль о том, что я не вернусь домой ещё долгое время, волновала мою бритую под три миллиметра голову. Я начал тосковать по дому, еще не начав служить.
Солдат спит – служба идёт, как говорится. Но дело в том, что когда солдат бежит – служба всё равно идет. И идёт как-то неспешно. В армии вообще время ведёт себя непонятно. Оно то движется очень медленно, то стоит на месте, то его вообще не хватает. Перед глазами калейдоскоп, уже миллион раз описанный дембелями.
Построение. Перекличка. Заправка кроватей. Уборка. Построение. Поход в столовую строевым шагом. Приём пищи. Построение. Возвращение из столовой. Построение. Строевая подготовка. Отбой. Подъём. Построение. И так до бесконечности. Всё это сопровождается постоянным чувством голода, усталостью и запретами на всё. Лежать без приказа нельзя, сидеть тоже. Всё делается по команде. Даже в туалет не пускают без разрешения. Иногда удается спрятать в карман кусок хлеба из столовой и съесть его перед отбоем, а если кто-то раздобудет конфету и поделится ей – вообще праздник. Может быть кто-то подумает, что в армии бедных солдат морят голодом, но это вовсе не так. Просто изнеженных разгульной жизнью хлюпиков приучают к жесткому распорядку дня. Такие суровые правила действуют месяца два. Да, новобранцам приходится непросто, но это не потому, что над ним издеваются, а потому, что они слабы и капризны. Вот тогда бывшие гражданские и начинают ценить мелочи, на которые раньше не обращали внимания. Естественно, хочется развалиться на диване, включить фильм и есть чипсы, а не стоять в строю в ожидании команды или драить по десятому разу полы.


В самом начале службы для того, чтобы бойцы не натворили глупостей, командиры объявляют построение и в таком положении солдаты могут проводить по два часа. Это интересный опыт, не часто человек может остаться один на один со своими мыслями сегодня. Начинаешь вспоминать всё, что было раньше, даже то, что казалось забытым. Вспоминаешь, как сидел на парах и слушал скучного преподавателя, как отец заставлял зимой кататься на лыжах, как копал грядки на даче, как ходил в магазин, как… Как же было хорошо и свободно! Такие ощущения испытывают все, кто служил. В песне Максима Коржа «Армия» есть строчки:
«Да, было красиво, увидеть бы лица,
Вы спросите «как там?»
Отвечу: «**алово, лучше учиться».
Так что усталость и голод меркнут по сравнению с тоской по былому.
А ещё есть голод информационный. Когда у нас забрали телефоны, сразу же появилось чувство оторванности от мира. Помню, как нам выдали газеты, нужно было разорвать их на мелкие куски, разбросать по казарме и мокрым веником подмести полы. Таким образом кто-то из командиров решил провести уборку. Я тогда засунул газетный лист во внутренний карман кителя и, спрятавшись в расположении роты, принялся жадно читал добытое. Никогда в жизни я не получал такого удовольствия от чтения жёлтой прессы. С тех пор я читал всё, что попадалось мне под руку. Я воспринял чтение как высшее благо. Оно уносило меня далеко от армейских будней. К концу службы я прочитал более пятидесяти книг.
Однажды к нам в часть приехал церковник, говорил что-то о Боге, о русском воинстве. Мы приняли его с большим воодушевлением, ведь пока святой отец вещал, мы могли посидеть в удобных креслах и поспать. После своего выступления он раздал нам маленькие книжки «Молитвослов православного воина». Я сразу же окунулся в чтение, а когда вынырнул, понял, что мне теперь не так одиноко. В трудный момент жизни вера помогла мне. Мысленно я часто обращался к Богу и всегда находил поддержку.


Но не только вера помогала. Необходимо было на что-то опираться в повседневной армейской жизни. Этой опорой стал устав. «Служи достойно» – вспомнились мне слова отца. А как это – служить достойно? Очень просто. Всё уже придумано и прописано до мелочей в Воинском уставе. Тезис «солдат обязан стойко и мужественно переносить все тяготы и лишения воинской службы» подбадривает меня до сих пор. Вообще в период службы происходит полное переосмысление жизни. Когда я оставался наедине с собой, например, ночью на посту, голова начинала активно работать. Мысли потоком врывались из сознания. Нужно было что-то с этим делать, не хотелось их потерять. Тут-то у меня и появился блокнот. Каждый день происходило что-то необычное и каждый день я документировал в свободной форме события, происходившие вокруг. Однажды мне пришлось подметать плац ломом. В другой раз мы убирали лужу совком. Потом были «военные» действия в столовой. Как-то раз на протяжении полутора часов мы ходили гуськом, а в качестве отдыха делали отжимания. Пол стал мокрым, будто его только что помыли, вот только мокрым он стал из-за нашего пота.
Служба в армии – это не только подметание полов и заправка кроватей, это еще физические тренировки и специальная подготовка.


Приятно иногда вспомнить, как в полном обмундировании мы бежали через лес на полигон, как выполняли учебные занятия на территории Кремля. В такие моменты ощущаешь себя крутым парнем. Это закаляет. В голове появляется понятие «долг». Ты обязан быть мужественным в критический момент.
Однажды ночью я с напарником обходил территорию части. Вдруг мы заметили, как кто-то перелез через забор и запрыгнул на балкон стоящего рядом здания. Мы растерялись. Что делать? Вдруг он вооружен? Но пройти мимо мы не имели права. Я сразу же сообщил по рации начальнику караула и получил приказ ждать подмогу. Наш разговор услышал и тот, кто прятался на балконе. Он выпрыгнул из укрытия и стал убегать. Одет неизвестный был в спортивный костюм и бежал очень быстро, на нас с товарищем были тяжёлая шинель и валенки. Это затрудняло движения. На мгновение я испугался, но что-то щёлкнуло внутри меня и пришёл в себя я уже когда почти догнал беглеца с криком «стой, сука!». В этот момент появился начальник караула с пистолетом в руке. «Стоять!», - закричал он - «сними маску!».
Неизвестный снял маску – им оказался мой командир взвода, в тот день он тоже был в карауле. Таким образом он проверил нас на вшивость.
Вот из таких историй состоял мой дневник. Сердце кровью обливалось, когда суровый командир роты (тот, что какое-то время назад выбежал мне на помощь с пистолетом в руке) вырывал драгоценные страницы из моего дневника. Но ничего, это был ещё один армейский урок.
О быте